Княжы гуф
Княжы гуф

Галоўная/Збраёўня/Артыкулы

Оружие, доспехи и изящные искусства

Питер Крен (Peter Kren), пер. с англ. Денис Гермацкий


Нажмите для увеличения

Изоб. № 1. Лукас Кранак Старший, "Суд Париса", 1515 г.


     С самого начала у человека складывались особенные отношения с оружием, поскольку оно определяло его существование. С помощью оружия он обеспечивал себе пропитание и защищал семью, свой народ и самого себя как вид, когда его выживание был под угрозой. В результате множество благородных проявлений силы и мощи человечества, храбрости и самопожертвования, лояльности и солидарности ассоциируется с оружием. С течением времени оружие вобрало в себя больше символических ценностей, чем их предопределяет его непосредственное функциональное предназначение. Ещё Гомер описывал традицию сохранения оружия в виде сувениров, трофеев или объектов коллекционирования. В связи с необходимостью защиты трофеев былых сражений они хранились в церковных, династических или светских собраниях. Одна из крупнейших в Европе коллекций оружия, Ландесцойгхаус или Штирийская государственная оружейная Граца, была спасена от расформирования благодаря убеждению хранить это оружие и тем самым задокументировать Штирийские военные достижения.

     Точно также, с самого начала возникновения оружия мастера-оружейники хотели украшать его. На всём протяжении развития оружия, которое достигло одной из своих вершин во времена Ренессанса, человеческое положение, обшественный статус и личный вкус определяли насколько элегантным и изящным было оружие. Проще говоря, оружие человека было как-будто дополнительным аксессуаром его одежды и отличительным знаком его социального положения. (Изоб. № 1.)

Cтилистическое сходство между оружием и искусством


Нажмите для увеличения

Изоб. № 2. Полевые закрытые шлемы, 1550-1570 гг.


     Оружие всегда было частью желания человека украсить свой мир и привести внешний вид своего окружения к определённому стилю. Творческая энергия эпохи ощущается в оружии настолько же очевидно, как и в других видах художественного и прикладного искусства. В течение веков украшение возвышало даже самое простое оружие, но при переходе на массовое производство оружия в XIX в. это художественное отношение в большей части просто исчезло, и оружие стало обезличенным инструментом войны.

История оружия и искусства

     Много лет историки изучали античное оружие, пренебрегая важными историческими коллекциями оружия, датирующимися от IV в. до начала XIX в. В 1936 г. Бруно Томас, выдающийся оруженый историк, позже директор известной коллекции оружия в Музее истории искусств в Вене, бросил вызов своим коллегам и стал изучать вооружение, поскольку там было слишком много всего неиследованного. В его программном эссе "Эстетика оружия" ("Waffenkunde als Kunstwissenschaft", Belvedere XII, Vienna 1934/36 г.), он объяснил, что лентнер (разновидность доспеха, который притален и, таким образом, повторяет форму тела), развился в полный латный доспех к концу XIV в. С его защитой торса, наручами и защитой ног, его подвижными суставными соединениями, латный доспех отчётливо повторял формы тела и конечностей человека и их функции. Более того, латный доспех, соответствовал духу реализма, которым Европа была проникнута в XV в.

     Существует уже хорошо известное и в основном всеми принятое подтверждение сходства немецких доспехов 1460-1480 гг., богато украшенных гофрами, желобками и острыми уголками, и похожих деталей в работе немецких художников времён поздней Готики, таких как Мишел Пакер (Michel Pacher, около 1435-1498 гг.) и Бернт Нотке (Bernt Notke, около 1440-1509 гг.), или даже живописцев итальянского Ренессанса, таких как Андреа дель Верроччио (Andrea del Verrocchio, около 1435-1488 гг.) и Антонио Поллауло (Antonio Pollaiuolo, около 1432-1498 гг.). Гофрированный доспех, творение начала XVI в., является частью новой пластики немецкого Ренессанса, как это видно, например, в работах Альбрехта Дюрера (Albrecht Durer, 1471-1528 гг.), Ганса Бургкмайера (Hans Burgkmair, 1473-1531 гг.) и Ганса Гольбейна Младшего (1497/8-1543 гг.), также, как и в запутанных творениях художников Дунайской школы, таких как Лукас Кранак Старший (Lucas Cranach the Elder, 1472-1553 гг., изоб. № 2) и Альбрехт Альтдорфер (Albrecht Altdorfer, около 1480-1538 гг.). Влияние статей Томаса и Камбера подтвержается тем фактом, что после 1945 г. старинное оружие стало чаще всего включалось в книги по прикладному искусству, сегодня оно с большим согласием экспонируется на серьёзных выставках, которые фокусируются на исторических и художественных периодах отдельно взятого региона.

Орнаментальные мотивы на оружии и доспехах


Нажмите для увеличения

Изоб. № 3. Три алебарды, конец XVI в.; "кабанье копьё", 1573 г.


     Стиль эпохи можно проследить по декоративным орнаментальным деталям, которые покрывают и украшают поверхность объекта, намного более, чем по общим очертаниям доспехов, по стволу пистолета или по форме алебарды. Такие факторы, как забота об исполнении, плотность декорации и дороговизна материалов, не только показывают в оружии художественное начало, но также и позволяют судить о социальном статусе его владельца. Удлинённая форма наиболее заострённого, укомплектованного и ударного оружия, которая диктуется его функциями, предусматривала мало поверхности для украшения, но её профиль вдохновил оружейника применить нестандартное решение (изоб. № 3). Например, ранние германские и скандинавские народы использовали животные и переплетающиеся мотивы, украшения их домов и кораблей, чтобы украшать ручки из мечей и ножны. Позже архитектурное влияние готических узоров, которые формировали дизайн раскрашенных стеклянных окон, также было имитировано оружейниками на булавах и на прорезных орнаментах для наконечников копий, шпор и стремян.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 4. Мориньон, около 1575 г., гребень украшен арабесками, абстрактные мотивы в мавританском стиле украшают купол и поля.



     С появлением итальянского Ренессанса и расширением его влияния по всей Европе в XVI в. декорирование оружия развивалось с определённой интенсивностью. Вновь открытые мотивы с арабесками вдохновляли художников на изобретение всё более экстравагантных видов дизайна. Новые и качественные средства печати способствовали распространению этих образцов орнаментов как через отдельные страницы зарисовок, так и через целые альбомы орнаментов. Четыре орнаментальные формы, которые сделали триумфальные прогресс в XVI в. - это арабески, гротеск, переплетающиеся узоры и мавританский стиль - все они хорошо представлены в декорировании оружия.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 5. Николас Клетт, пара пистолетов с колесцовым замком, около 1610 г.



     Арабески обычно были симметричными, плавными, природного происхождения усиками, покрытыми листьями, которые использовали во времена классической Античности для украшения архитектурных элементов. Художники раннего итальянского Ренессанса адаптировали этот мотив, и он был представлен в Германии в примерно 1520 г. Арабески распространились дальше через орнаментальные распечатки таких немецких печатников, как Бартель Бехам (Bartel Beham, 1502-1540 гг.) и Генрих Альдегревер (Heinrich Aldegrever, 1502-1560 гг.). Изящные арбески использовались в различных вариациях в качестве узоров для инкрустации небольших огнестрельных стволов. Их также можно увидеть в качестве рельефных декоративных мотивах на некоторых парадных доспехах XVI в., где они имитировали золотую и серебряную вышивку на одежде (изоб. № 4).
Нажмите для увеличения

Изоб. № 6. Небольшие распечатки, такие как эти гравюры Генриха Альдегревера, служили в качестве образцов для оружейников и демонстрировали влияние итальянского Ренессанса на немецких художников.



     Гротеск - это более причудливый вид декора, который состоит из комбинаций симметрично расположенный стеблей с листьями и различных объектов, таких как вазы, канделябры, фрукты, цветы, трофеи, архитектурные элементы, сказочные звери, животные и человеческие фигуры (изоб. № 6). Эта старинная форма, развившаяся в императорском Риме в качестве архитектурного украшения, была открыта там же в Домус ореа (Domus aurea) Нерона в начале XVI в. В то время Домус ореа был еще под землёй, поэтому украшение было названо от слова grotta (пещера, итал.). В 1511-514 гг. Рафаэль сделал пробные попытки использования гротеска в его серии фресок для лоджии Ватиканского дворца, и форма гротеска осталась любимым мотивом до XIX в. Гравировщики орнаментов в Италии и Германии изображали гротеск с момента его возрождения во времена Ренессанса, и его можно найти на оружии второй половины XVI в. Популярность гротеска в большей степени объяснялась его гибридной природой, которая разрешала художникам и оружейникам работать с применением различных материалов и техники с целью практически безграничного изменения формы. Фантастическое разнообразие и усовершенствование гротеска придало прежметам непередаваемый блеск и пышность.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 7. В начале 1550-х гг. Вирджил Солис выгравировал серию "Девяти Важных", включающую персонажей из Античности, Ветхого Завета и раннего Средневековья. Эти портреты обрамлены переплетающимся узором и гротескными фигурами.



     Переплетающиеся узоры также широко использовались в архитектуре, декоративном и графическом искусстве. Около 1550 г. распечатки орнаментов принесли переплетающиеся узоры из Италии в Нидерланды и Германию. Закрученные и прорезные ленты этой формы появились на распечатках в виде картушей и волютоподобных архитектурных элементах, которые обладали скульптурным эффектом (изоб. № 7). Переплетающийся узор несмотря на свою достаточно громоздкую природу, может быть найден на доспехах и щитах французского и фламандского происхождения, причём иногда в комбинации с гротеском. Но чаще всего он выступал в виде образцов для украшения небольших огнестрельных стволов, где он нашёл своё естественное место в виде обрамления или акцентированного узора, похожего на применяемый в украшении всех остальных частей предмета.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 8. Кристоф Яммитцер, моресковая лента с инициалами М и А, 1610 г.



     Мавританский стиль (мореск) (изоб. № 8) произошёл от аканта, листа, часто используемого в античных узорах, но он был трансформирован на Востоке в плоскую форму со сложным декором поверхности, которая стала известна в Италии в XV в. через исламские ковры, переплёты книг и стекло. Она была адаптирована в Италии и стала известна через распечатки узоров, особеннно Франческо Пелегрино (Francesco Pelegrino, ум. в 1552 г.), который после 1530 г. принадлежал к художественным кругам Фонтенбло. В 1546 г. в Нюрнберге немецкий орнаментальный печатник Петер Флотнер (Peter Flotner, 1485-1546 гг.) собрал книгу моресковых образцов, которая была напечатана в Цурихе в 1549 г. и быстро распространилась по Европе. Силуэтоподобные, стилизованные под стебли с листьями формы симметричного мореска были выгравированы и вытравлены на доспехах (изоб. № 9). Однако, мореск не достиг популярности переплетающихся узоров или гротеска.

Приёмы декорирования


Нажмите для увеличения

Изоб. № 9. Края и полосы по середине нагрудника и наспинника этой кирасы покрыты травлёным моресковым узором (третья четверть XVI в.).


     Кроме разнообразия орнаментов также существовало множество техник декорирования, с помощью которых опытные оружейники украшали свои произведения. Травление, появившееся в конце XV в., использовало кислоту как вспомогательное средство для гравировки. При этом методе металлическую поверхность сперва покрывали кислотоустойчивым защитным составом, чаще всего воском, на котором было легко процарапывать рисунок иглой. Потом деталь обрабатывали едкой кислотой, которая реагировала с открытыми участками металла. После удаления защитного состава эти участки оставались чёрными, делая узор чётким. Эта способ декорирования предшествовал печатной технике. Если нанести чернила на травлёный участок, то потом можно напечатать его на бумаге.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 10. Деталь конского доспеха, 1505-1510 гг., школа Конрада Зойзенхофера, травление в раннем стиле Даниеля Хопфера Старшего.



     Не удивительно, что открытие приёмов травления, впервые применённых к железу, а только позже к меди и олову, может быть приписано Даниелю Хопферу (Daniel Hopfer, 1470-1536 гг.), который был выходцем из большой аугсбургской семьи травильщиков и графиков. Аугсбург был не только художественным центром живописцев, графиков и ювелиров, также он подарил миру лучших оружейных мастеров и доспешников, включая искуснейших мастеров из семьи Хелмшмидов. Достижения Даниеля Хопфера были широко известны в то время, и в 1590 г. он был посмертно назван изобретателем искусства травления, что было подтверждено императорским патентом на дворянство, который получил старший сын Георг. В целом, знания о травлении металла и других способах декорирования всё еще находились на ранней стадии развития. Если вклад Хопфера как печатника в основном признан, то его травление не менее важно и, как и его печатные работы, показывает влияние итальянских орнаментов на его трансформацию от позднеготического до ренессансного художника. Например, мотивы травления на конском доспехе в Ландесцойгхаузе (Landeszeughaus), которые были сделаны незадолго до 1510 г., показывают этот важный переход (изоб. № 10). Здесь он совместил запутанные и причудливые позднеготические лиственные усики с итальянскими фруктовыми фестонами, которые по существу пооностью относятся к Ренессансу. Хотя этот доспех не занесён ни в одно собрание работ Хопфера, он намного более значителен, чем иные его образцы узоров. Несмотря на последние успехи в деле изучения доспехов и оружия, украшение доспехов этого первопроходца стиля раннего Ренессанса всё ещё не изучалось.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 11. На многих немецких и австрийских нагрудниках с середины XVI в. вытравлена сцена распятия и рыцаря, преклонившего колени. Есть мнение, что иногда там изображался владелец доспеха и что тем самым создавалось персональное религиозное изображение для солдата, которое он носил в бою.



     В начале XVI в. мастера усовершенствовали основы техники травления и развили выпуклое травление. В этом случае узор, который мог быть углубленным орнаментом или притопленной черной областью, оставался невысоким рельефом и противопоставлялся фону, который затемнён небольшими вытравленными точками. Чтобы достичь этого, на приподнятые детали с помощью кисти наносили защитный состав, на котором потом пером делали точки над фоном (изоб. № 11). В Италии чаще встречался заштрихованный фон, чем точечный, что позволяет судить о месте изготовления предмета.

     Насечка (дамаскикировка) была ещё одной техникой украшения поверхности доспеха, щита, меча или оружейного ствола. Как следует из названия, этот способ возник на востоке (Дамаск является ключевым словом, по-немецки это тауширование (Tauschierung) - из арабского tausija, что означает "украшение" или "окраска") и суть заключалась в забивании мягкого металла, такого как золото или серебро, в твёрдое железо. Для этого существуют два метода. Первый был занесён из Италии в Германию около 1520 г. и вскоре распространился по Европе. На фоновую поверхность наносилась грубая штриховка, после чего применялся драгоценный металл в виде проволоки или небольших листочков, потом поверхность равномерно зачищалась и полировалась. Второй метод более сложный. Сначала рисунок гравировался на железной поверхности, Золотая, серебряная или медная проволока потом вбивалась в образовавшиеся канавки, что делало узор более долговечным, чем при первом методе, и позволяло ему оставаться рельефным.

     Чтобы придать узору разные цвета применяли и другие методы. Например, роспись масляными краскам или обтяжка тканью. Железо также можно было нагреть для образования оттенков в результате оксидирования. С помощью этой техники можно было достичь множество оттенков, от бледно-жёлтого при температуре 220°C до фиолетового при 270°C и тёмно-синего при 310°C. Если было необходимо раскрасить только некоторые части оружия, оксидирование на поверхности можно было убрать разбавленной уксусной килотой.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 12. Этот доспех украшен чёрно-белой отделкой, где чередуются светлые полированные поверхности с неполированными или тёмными участками. Кроме того, доспех был подвергнут чеканке - процессу, когда металл был выбит изнутри наружу, что образовало рельефный узор.



      Различные техники золочения были более дорогостоящими и более сложными. При сусальном золочении золотой листочек накладывался на свежепокрытую лаком железную поверхность, далее сушка лака под давлением закрепляла золото. При горячем золочении металлический объект сначала обрабатывался медным раствором, потом применяли золото и ртутную амальгаму. Нагревание испаряло ртуть, оставляя покрытую золотом поверхность. Наплавление золота и эмалировка похожи. Для этого позолоченный узор сперва вытравливали или гравировали на металле.

      В дополнение к этим методам украшения поверхности металла также существовало то, что изменяло объект более существенно. Таким древним методом было нанесение рельефа на металле, которое снова стало процветать в XVI в., особенно в соединении со стилем all'antica в оружии. При использовании этого метода узор наносился на объект, а потом выбивался изнутри, чтобы получился выпуклый узор снаружи. Ландесцойгхауз обладает прекрасным образцом применения такой техники на трёхчетвертном доспехе около 1550 г. работы Мишеля Витца Младшего (Michel Witz the Younger), изоб. № 12.

      Гравировка металла и рельефная чеканка способствовали пробиванию форм и рельефов на металлических поверхностях. В этом случае основа обрабатывалась резцом и различными штампами. Такие узоры были похожими для рукоятей мечей и кинжалов, также они использовались и на небольших огнестрельных орудиях (изоб. № 13). Близко к этой технике лежит сквозная орнаментация или фретворк, где металл перфорировался и подрезался. Это была одна из любимых техник в украшении доспехов XV и XVI вв. Оловянные образцы для вырезания, которые применялись для украшения пистолетных стволов и пороховниц, также относятся к этой категории.

      Наконец, приёмы украшения из других декоративных искусств, которые процветали в эпоху Ренессанса и Барокко, тоже использовались для декорирования деревянных прикладов ружей, пистолетов и арбалетов. Наиболее распространённой была инкрустация слоновой или обычной костью, которая применялась вместе с резьбой по кости (изоб. № 14, № 15). Почти все небольшие огнестрельные орудия XVI в. в оруженйых арсеналах - а их насчитывается более тысячи - украшены инкрустацией. При этом методе узор гравируется на небольшой костяной пластинке и зачерняется. Потом из приклада вырезается равный по форме кусок дерева, и на это место вклеивается костяной фрагмент. При использовании другого метода костяные и перламутровые пластинки фиксируются металлическим штифтами.

Нажмите для увеличения

Изоб. № 13. Деталь пистолета с колесцовым замком. Голова собаки и прорезное покрытие колеса украшено гравировкой и резкой по металлу.


Нажмите для увеличения

Изоб. № 14. Это ружьё в немецком стиле богато инкрустировано гравированными узорами на оленьем роге в стиле позднего Ренессанса. Основные мотивы - гротески, переплетающиеся полосы и растительные орнаменты, на обороте в окружении закрученных рамок показаны сцены из мифологии, изображающие Персея и Андромеду, Посейдона и Амфитрита, Европу и быка.


Нажмите для увеличения

Изоб. № 15. Хотя ствол и замок утеряны, это длинное ружьё замечательно тем, что оно наиболее украшено в Ландесцойгхаусе. Его плотно расположенный и сложный узор включает растительные и гротескные мотивы, аллегорические фигуры и медальоны с видами города.


     Приклады также могли быть вырезаны из дерева или слоновой кости - эта техника требовала большого мастерства. Небольшие приклады и даже пороховницы и рукоятки мечей вырезались в полностью трёхмерном измерении.

Оружие и доспехи в искусстве

     Представление битвы и вооружения в живописи, скульптуре, графике, рисовании и других видах искусства является почти неисчерпаемым предметом для изучения. Эти представления проводят параллель между историей человечества со времён пещерной живописи каменного века до времён отображения реальных либо фиктивных сцен войн и революций на современных фотографиях и в кинофильмах. Великие художники создали многочисленные изображения битв, и многие из них находятся среди величайших произведений в истории искусства.

     В культуре Восточной Европы представление войны имело как мистическое, так и реальное отображние. Фидий, известный скульптор Акрополя, вырезал сцены битвы Лапитов и Кентавров на Парфеноне, мастера, создавшие эллинистичекий алтарь Зевсу в Пергаме, показали лица богов во время пыток на драматичном фризе гигантомахии (битвы гигантов). Римляне, наоборот, всегда имели склонность к изображению отдельных моментов истории и украшали триумфальные колонны Трояна и Марка Аврелия героическими сценами из военных кампаний. Сейчас эти изображения ценятся как документальные свидетельства вооружения империи и её врагов во II в.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 16. Слепленный Леонардом Магтом и отлитый Стефаном Годлом "Обнажённый воин", 1526 г. Поза воина типична для фигур итальянского Ренессанса, в то время как стройное тело и точная детализация воплощает в себе элементы немецкой поздней Готики.



     Со времён Римской империи самые важные представления оружия в искусстве характеризуются реализмом, что мы бы сегодня назвали документальностью. Знаменитый гобелен из Байе, например, в виде серии полотен запечатлел деяния Вильяма Завоевателя, включая его победу в битве при Гастингсе в 1066 г. Созданный ненамного позже после этих событий, этот иллюстрированный комментарий является уникальным документом, свидетельствующим о появлении и использовании норманнского и ангийского вооружения в XI в. Современные историки оружия и искусства понимают всю значимость этого гобелена. Даже на религиозных изображениях поздней Готики, таких как Доска Обета Св. Ламбрехта, около 1430 г., или на панели немного провинциального Чудодейственого Алтаря Мариацелль, раскрашенной около 1512 г. художниками Данубской школы, можно заметить желание запечатлеть детали вооружения. Хотя оба изображения были созданы для религиозного воодушевления и пропаганды, оружие, запечатлённое во время битвы, помогает современным историкам понять функционирование вооружения.

     Развитие иллюстрированной перспективы художниками XV в. сделало их искусство особенно информативным для современных историков оружия и доспехов. Такие разные художники, как фрорентиец Андреа делл Кастаньо (Andrea dell Castagno, 1421?-1457 гг.) и Паоло Уччелло (Paolo Uccello, 1396/7-1475 гг.), нидерландский живописец Ян ван Эйк (Jan van Eyck, работал в 1422-1441 гг.) и немец Конрад Витц (Konrad Witz, 1410/11-1444/46 гг.) изображали оружие с художественной стороны, что для современного наблюдателя является всё ещё достаточным убедительным источником. Даже сегодня мы можем изучать их картины в поисках фактов по истории вооружения. Есть возможность сравнить сохранившиеся образцы доспехов и их представление в искусстве того времени, - например, гусарский щит, изготовленный предположительно в Венгрии, и похожий щит, который несёт солдат на картине "Легенда о Св. Сигизмунде" Данубской школы около 1520 г.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 17. По легенде Св. Флориан, который защищал от угрозы огня, потушил горящую церковь одним ведром воды. Здесь он представляет свои легендарные подвиги в переходном доспехе максимилиановского периода.



     Однако, изображение вооружения не всегда строго исторично. Когда около 1515 г. немецкий мастер Лукас Кранак Старший нарисовал "Суд Париса" (изоб. № 1), он посчитал правильным одеть спяшего Париса - принца древней Трои- в точную копию современного доспеха. А фигура бородатого Меркурия, наоборот, одета в причудливый доспех, сочетающий в себе древние и современные элементы, что Кранак посчитал подходящим для полубога. Итальянский живописец времён Кранака - Рафаэль - предпочитал больше придерживаться Аркадской традиции и настоял на облачении троянского принца-пастуха в пасторальный костюм, развившийся от античных статуй или стенных росписей. Для немецкоговорящего живописца раннего XVI в. ассоциация между королевским великолепием и вооружением, наоборот, не была делом случая. Поэтому именно в немецкоговорящих странах времён Ренессанса можно наёти великолепные изображения королевских доспехов.

     В 1512 г. Габсбургский император Максимилиан I создал амбициозную серию гравюр и иллюстрированных книг для прославления его военных достижений и памяти его семьи. Работы включали в себя иллюстрации к пропагандистским рамансам Фрейдал (Freydal), Тойерданк (Theuerdank) и Вайскуниг (Weisskunig), а также множество гравюр, которые вместе составляли Триумф (триумфальную колесницу и процессию) и Эренпфорте (Ehrenpforte) - напечатанную триумфальную арку, которая прославляла династию Максимилиана. Следуя велению императора, эти большие и сложные распечатки посвящены исключительно битвам, турнирам и охоте, также как и разнообразию вооружения и военной науки. Список художников, привлечённых к этому проекту, включает в себя множество наиболее важных печатников Северного Ренессанса: Альбрехта Дюрера, Ганса Бургкмайера, Альбрехта Альтдорфера, Йорга Кольдерера (Jorg Kolderer), Ганса Шауффеляйна (Hans Schauffelein), Леонарда Бека (Leonhard Beck) и Йорга Бро (Jorg Breu). Редко кто из имеющихся живописцев и графиков, даже те, кто специализируется на военных предметах, стремились точно изображать вооружение и военные силы того времени, как это делали печатники экстравагантых проектов Максимилиана. Однако, необходимость точного изображения этих предметов не повлияло на их творческое воображение. Это было по-настоящему удачное время для императора, поскольку период его правления совпал с периодом расцвета немецкого искусства.
Нажмите для увеличения

Изоб. № 18. Йост Амман и Тобиас Заммер, "Книга нового Искусства", 1570-1580 гг.



     Расцвет книгопечатания в XVI в. создал спрос на иллюстрации всех аспектов человеческого поведения, включая и отображение военных фигур, таких как те, что были нарисованы и гравированы для "Книги нового искусства" (Dess Neuwen Kunstbuchs) родившегося в Швейцарии Йоста Аммана (Jost Amman), изоб. № 18. Неизвестный копиист обратился к иллюстрациям Аммана как к руководству по придворным турнирам для вдохновления создания картины Большого турнира в Вене. На самом деле, подобные напечатанные книги распространяли образ вооружённого человека для художников и ремесленников по всей Европе.

     Таким образом голландский гравёр Яков Жак де Гейн (Jacob Jacques de Gheyn, 1565-1629 гг.) повлиял на вид восточно- и центральноевропейской пехоты его времени с помощью великолепных фигур из его книги 1607 г. Франц Галс (Franz Hals, 1581/5-1666 гг.) и Рембрандт (1606-1669 гг.) с их знаменитыми групповыми портретами городской милиции возвигли монумент голландскому солдату и военному пути мышления. Точно также Филипс Вуйерман (Philips Wouwerman, 1619-1668 гг.) в своих рисунках, таких как "Солдаты на грузовом обозе", создал для Европы XVII образ кавалеристов в полевом лагере - несколько не характерное явления для века, в котором преобладали международные войны. Конечно, это краткое исследование может упомянуть только несколько случаев, когда художники обращали внимание на вооружение. Но и сейчас понятно, что спустя 50 лет после своих выдающихся исследований вызов Бруно Томаса историкам искусства был признан. Историки больше не сомневаются в подходе к определению предмета оружия и доспехов, поскольку их история теперь тесна связана и с искусством, и с культурой. Теперь изучение оружия и доспехов стало более гуманным в лучшим смысле этого слова.
Мапа сайту...
Уверх...
Усе правы абаронены © 2004, 2005, Княжы гуф
Вашы заўвагi i прапановы: knight.by@mail.ru
Дызайн i праграмiраванiе Dionisiy, хостынг Extmedia